Победные колоски от тружеников тыла

Статьи

Победные колоски от тружеников тыла

26.03.202017:00

Среди тружеников тыла, награжденных юбилейными медалями в честь 75-летия Победы, есть и те, кто в Великую Отечественную были совсем детьми. На прошлой неделе председатель городского совета ветеранов Владимир Катков вручил медаль жительнице нашего городского округа Нине Александровне Шаровой

Она до сих пор отчетливо помнит, как началась война и как она закончилась, хотя к началу войны Нине было всего семь лет. Их большая семья жила в Артинском районе в селе Могильниково, которое позже стало называться Свердловское. У папы Александра Александровича и мамы Марфы Петровны было в то время трое детей, Нина – старшая. Отец после срочной службы, продолжавшейся три года, прожил дома только десять месяцев.

В воскресенье, 21 июня в колхозе была массовка – праздник, который проводили после посевных работ, гуляние у реки на поляне. А уже ночью разносили повестки. Утром около сельсовета собралось много народа, подводы, лошади, собаки (их тоже брали служить). Играла гармонь, звучали песни. А после – деревня опустела. 22 июня покинул дом и отец.

В войну работы было много. Поля были засеяны зерновыми и засажены овощами. А сколько скота было в самом колхозе и в каждом частном подворье! В семье у Нины были и корова, и зимовалый подросток-теленок, овцы, гуси, куры… Все держали скот. Иначе было не выжить. А какие держали огороды картошки!

– Мама была молодая, сильная. Но и она бы не осилила всю работу по хозяйству. Каждая семья не только в колхозе работала, но и сдавала налог государству. Молоко, яйца, мясо, даже шкуры скота. Помню, только молока надо было сдать 300 литров за лето. А как иначе? Чем солдат-то на фронте кормить? Мы, ребятишки, пололи хлебные поля. Дед с нами был за старшего, говорил: «Если не можете траву вырвать, ломайте ее ближе к земле, чтобы она не поднялась. Вот вырастим хлебушек, отцы съедят, силы у них будет больше бороться с немцами».

В сенокос шестилетние мальчишки верхом на лошади подвозили сено к стогам на волокушах. А осенью всей школой собирали колоски после жатвы. В стране был призыв: «Не оставлять на полях ни одного колоска».

Ели то, что исхитрялись приготовить женщины. Хлеба не видели почти всю войну. Мама Нины делала тесто из тертой картошки с рубленой травой. Благо еще, были паренки из репы, калеги из моркови и других овощей.

В школу Нина пошла в 43-м году. В 42-м не получилось – не в чем было идти, обутки не было. Свою первую учительницу она вспоминает с теплотой и радостью:

– Екатерина Алексеевна Корлыханова, молоденькая девушка, жила недалеко от нас на квартире, а школа была на том конце деревни, и все туда ходили до 4-го класса. Весной лога разливались сильно, бежала вода. Учительница в сапогах была, а мы в валенках с калошами, и она собирала нас и перетаскивала через этот лог одного за другим. Учителя хорошие были и учили хорошо. А после 4-го класса в другую новую школу перешли, где семилетку окончили.

О том, как закончилась война, у Нины Александровны есть отдельная история. В их семье жила мать отца – бабушка Наталья. Вышла она на улицу, а тут соседка подбегает: «Тетка Наталья, война кончилась!» Бабушка обрадовалась, а потом села на лавку и фартук подобрала: «А Шурка-то живой ли?» Шурка – это сын её, Александр Александрович. Судьбе было угодно, чтобы он остался жив. Воевал в танковых войсках, дошел до Берлина. Рассказывал позже, что, когда в Берлин заезжали на танках, улицы там были узкие, не развернуться, с одного конца стояли наши, с другого – немцы. И с немецкой стороны кричали из окон: «Рус, сдавайсь!»

Домой отец попал не сразу. Из Германии их на скоростных поездах, без остановок сразу отправили на Дальний Восток – на войну с Японией. Когда проезжали Свердловск, все к окну прильнули, плакали: родные места все-таки. Поздней осенью отец вернулся домой. После войны работал бухгалтером. Но война дала себя знать: ушел из жизни рано, не дожил даже до первой пенсии.

Нина Александровна рассказала, что её отец часто вспоминал своего отца, воевавшего и погибшего на первой германской войне. Александр Александрович, родившийся в 1915 году, так и не увидел своего отца при жизни. А только иногда повторял: «Вот бы открылась дверь, а он стоит…» – и слёзы у него наворачивались на глазах.

И хоть послевоенные годы были тоже тяжелые, Нина Александровна говорит:

– Мы счастливые, что здесь на Урале не видели немцев. А ведь в стране сколько было разгрома. Сколько разрушили всего, разбомбили. Надо было восстанавливать. Трудно жили. Но все-таки хлеб был.

И добавляет свои соображения:

– Не надо было нарушать колхозы. Они кормили страну. Если разобраться, то и войну мы вынесли, потому что нам ни морковку, ни свеклу из-за границы не возили. Сами выстояли, своей страной, своими усилиями. Потому и победили, что едины были.

После войны, как и отец, Нина Александровна работала, как она говорит, по счетному делу – бухгалтером. Ушла на пенсию с Артинского механического завода.

В Верхнюю Пышму приехали в 1966-м году. Жили с мужем в доме 41 по улице Шевченко, который построили с помощью родителей. А папа с мамой жили рядом – в доме № 43. Вся жизнь как на ладони. Вся жизнь – с открытой людям душой.

Марина ОСЕНКОВА

← Назад 0 Поделиться:
 
 
 

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.