Город как памятник при жизни

Статьи

Город как памятник при жизни

09.08.201810:40

Вам бы хотелось видеть плоды своего труда, просто гуляя по улицам? Так смотрит на Верхнюю Пышму строитель с 25-летним стажем Нина Николаевна Липатова, которой мы предоставили слово накануне профессионального праздника

Со шпангоутами на ты

– Выросла я на Рязанщине, в многодетной семье. Детство пришлось на военные годы. В городе Касимове закончила индустриальный техникум, и меня направили в Ярославскую область, на Рыбинскую верфь. Там огромное водохранилище на Волге. Это было в 1959 году. Строили шлюпки, брандвахты (плавучие общежития – прим. ред.), рыболовные моторные суда мотофелюги. Потом  появились заказы на прогулочные военпредовские катера, рабочие катера. У меня сложностей не возникало. Начинала простой рабочей, стала мастером по строительству, руководила бригадами на сборке-разборке. Мы закладывали стапеля, выставляли киль, шпангоуты (поперечные ребра), соединяли детали, проводили финишную отделку.

В качестве материала брали сосну, для прогулочных катеров  – водостойкую бакфанеру, оклеенную шпоном. Загоняют деталь в автоклав зелененькой, а выкатывают – красной, как петух.

Всегда шла на прорыв

Когда переехала в Верхнюю Пышму, сразу устроилась на рудник мастером, потом начальником жилищно-коммунального хозяйства. Затем перевели меня мастером в ремонтно-строительный цех, что называется, на прорыв. Мы делали капремонты деревянных двухэтажек по Петрова, Красноармейской. Проработала до 1975 года, пока не попала  в отдел капстроительства рудника. Крупные объекты возводили силами подрядчиков, более мелкие – сами. Мне приходилось курировать кольцо оборотной воды на обогатительной фабрике.

Потом нас соединили с комбинатом, и я попала прорабом к начальнику строительно-монтажного участка «Уралэлектромеди» Феофану Григорьевичу Кутковичу (позже ему присвоили звание Заслуженного строителя РФ). Отличный был руководитель, его все побаивались и меня предупреждали: тяжело будет, требовательный. А мне с ним легко работалось, как раз из-за этой требовательности. Коллектив был замечательный. Считаю, если сам будешь хорош – все будут хороши. Нужно же находить консенсус с коллегами.

Первым моим построенным с нуля объектом был гастроном на Ленина. Дальше – ЗАГС, сегодняшнее кафе «Славянский базар» и садик за ним, пяти- и девятиэтажки, магазины «Тысяча мелочей» и «Книги», много строек на территории комбината.

На Балтыме  прокладывали трубы к очистным, построили 24 домика. Если из Верхней Пышмы ехать, они стоят по левую руку от трассы. Потом мы профилакторий «Селен» сдали. Вот такие памятники себе воздвигла рукотворные. В трудовой книжке у меня  – одни благодарности, но в этом заслуга всего коллектива: маляров, штукатуров, каменщиков, монтажников…

Пьянству и мату - бой

У меня в подчинении на Балтыме было около 200 человек. Главное – правильно организовать работу. Люди меня слушали. Никогда при мне даже не матерились! Всегда с большим уважением относились. Видимо, жалели…

Дисциплину мужики стеснялись нарушать, но бывало. Переговоришь, объяснительную возьмешь, на другой день все сделает как положено. С алкоголем у них тоже проблемы были. А я даже нюхать спиртное не могла и до сих пор не терплю. Бутылку если найду припрятанную у мастера – в сейф убирала: в конце недели заберешь, говорю.

Ночами работали. Не дай бог несчастный случай – летишь стрелой из дома на площадку. Руководитель стройки отвечает за материалы, технику безопасности, качество, отчетность, зарплату – за все! Некогда было расслабляться, да еще двое своих парней растут.

Сыновья были у меня самостоятельные, но следить все равно надо. Если не будет дисциплины – не будет порядка нигде – ни дома, ни на работе. Династия у нас сложилась. Выросли ответственными ребята, они меня так же понимают, как рабочие понимали.

Считаю так: работай как следует, а не можешь – уходи. Но от меня никто не уходил, наоборот, отправляли ко мне учиться мастеров.

Стройка – прежде всего кипа чертежей, от проектной организации много чего зависит. А когда идет  завоз материалов, каждую машину обязательно  учесть, выписать  наряд (нарядная система была). Справочники перерывать приходилось, ведь компьютеров не было. И сотовых телефонов тоже:  бегай по этажам, контролируй. Зимой в прорабской холодно. Поставят рядом «козла» – самодельный обогреватель: четыре ножки-опоры, сверху труба, на нее электроспираль намотана.

Детский сад - один из первых объектов Нины Липатовой

Чистая душа под грязной фуфайкой

Зарплата небольшая, но мы не за деньги работали, а за совесть. Коммунальные услуги оплатишь, садик – оставалось 15 рублей на месяц нам втроем с детьми. В магазинах пусто. Хорошо, если костей каких-нибудь найдешь на бульон.

Обувь не на что купить, так в рваных ботинках щеголяли. По уши в грязи, зато душа чистая, красивая. Из спецодежды только фуфайки выдавали, остальное мы добывали сами.

Однажды, когда я упала, фуфайка меня спасла: цеплялась за что-то в полете. Тогда в цехе делали рельсовую дорожку. Стеллаж проложили «для примерки», а я шагнула – и на три метра вниз. Вытащили меня, полежала, вроде обошлось. Больше таких случаев не было.

Сколько раз меня звали на кабинетные должности, а мне нравилось на стройке.

После 25 лет строительного стажа еще 10 лет работала в управлении ЖКХ. Уйти не получалось. Надо помогать… Пригласили в отдел молодежи – наводить порядок в помещениях клубов (их тогда топило фекальными стоками). Писала письма в жилотдел, они выполняли, что нужно. Только в 2014 году на заслуженный отдых пошла. Было бы здоровье – я бы и сейчас работала.

Записала Ольга ЛЕОНИДОВА

Фото обложки из архива Нины ЛИПАТОВОЙ

Фото в тексте Алисы ЩЕРБАКОВОЙ 

← Назад 1 Поделиться:
 
 
 

Комментарии

Guest
09.08.2018

Чудесная. прекрасная женщина! Здоровья ей и счастья!

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.